Гляделки

Небольшой, но сильный рассказ, который берет за душу.

– Мам, а почему тот дедушка постоянно сидит на скамейке у подъезда? – девочка отошла от окна и посмотрела на мать.
– Какой дедушка? Григорий Иванович?
– Наверное, – пожала плечами девочка.
– Ну, хочется ему сидеть, вот и сидит, – улыбнулась мама, – свежим воздухом дышит.
– А почему он постоянно смотрит куда-то перед собой? – не унималась дочка, – я вчера проходила мимо, поздоровалась с ним, а он даже ничего не ответил. Уставился куда-то и сидит молча.

– Он же старенький уже, – терпеливо объяснила мать, – может он тебя не услышал просто.
– А еще… А еще он разговаривает сам с собой постоянно.

Женщина подошла к окну и выглянула на улицу. Старик сидел на скамейке в своей неизменной позе: оперевшись двумя руками на трость, стоящую перед ним, и положив подбородок на кисти рук. Немного понаблюдав за ним, женщина повернулась к дочери.

– Я надеюсь, что вы его не обижаете? – строго произнесла мать.
– Нет, конечно! – быстро ответила девочка, – просто он какой-то странный дедушка. Сам с собой разговаривает, а с другими – нет. Смотрит постоянно куда-то, сидит там один…

Женщина покачала головой и присела на стул.
– Дело в том, что он…

* * *

– Ну что, играем? – Смерть остановилась у скамейки и взглянула на старика, – кстати, здравствуйте, Григорий Иванович. Все время забываю поздороваться…
– Слушай, подруга, я вот сижу и думаю – тебе скучно жить или что?
– В каком смысле? – немного растерялась Смерть.
– Что ты меня мучаешь? Пришло время, так пойдем. Что ты со мной в эти игры играешь? Ты со всеми так?

Смерть вздохнула и присела на скамейку напротив.
– Нет, не со всеми. Только с теми, кто мне нравится. Вот вы мне нравитесь, не буду скрывать. К тому же, игры привносят в мою работу элемент справедливости и, не буду скрывать, развлечения.
– Ишь ты, как заговорила! – старик покачал головой, – элемент! Справедливость! Книжек начиталась что ли?
– Да, не так давно я освоила и это умение, – засмеялась Смерть, – был у меня один знакомый, так он письма писал сам себе, чтобы я подумала, что он еще здесь кому-то нужен. Пришлось подтягивать свои знания.
– Да черт с ним, с чтением. Игры ты свои зачем устраиваешь?
– Ну, весело же… – удивилась Смерть, – выиграл – живи еще. Проиграл – с вещами на выход. Несправедливо, что ли? Да и мне развлечение какое-никакое.
– А если человек постоянно выигрывает? Что ты тогда делать будешь?
– Ждать, – пожала плечами Смерть, – с одним я уже год в шахматы играю. Пока ни разу не выиграла. Но ничего… Вчера шах ему поставила. До мата еще не дошло, но я стараюсь. Рано или поздно все равно сдастся.
– Так ты и со мной уже полгода мучаешься. Оно тебе надо?
– Скучный вы какой-то, – махнула рукой Смерть, – думаете, мне интересно каждый день таких как вы под ручку водить? А так хоть какое-то разнообразие.

Старик ненадолго задумался.
– Ну что ж… Есть в твоих словах логика. Ладно, давай. Начинаем?
Смерть заерзала на скамейке, устраиваясь поудобнее, и улыбнулась.
– Давайте. Правила прежние – кто первый отведет взгляд, тот и проиграл. На игру два часа. Поехали…

* * *

– Честно говоря, я поражена вашим самообладанием, – убирая часы в карман и, вставая со скамейки, произнесла Смерть, – гляделки – игра не самая сложная из всех, которые я предлагаю людям, но она самая действенная. Мало кто выдерживал мой взгляд больше пяти минут, а вы уже полгода держитесь. Вам совсем не страшно?
– А чего мне тебя бояться-то? – усмехнулся старик, – тем более, что мы с тобой уже давно знакомы, и я успел на тебя насмотреться.
– Да? А когда, простите?
– Давно это было. Ты, наверное, не помнишь уже ту встречу. Я еще совсем молодой был… Немцы нас утюжили тогда по полной. Совсем не давали продохнуть. Вот и в тот день накрыли они нас своей артиллерией. Да так, что головы не поднять, – старик покачал головой, – лежу я, значит, в траншее. Вжался весь в землю – страшно же, знаешь как!? Гляжу, а по краю санитарка наша бежит – Валечка. Я ей кричу, мол, а ну прыгай вниз, дура ты такая! А она не слышит ничего, грохот страшный. Да и испугалась, наверное. Не видит ничего вокруг. Что делать? Вскочил, да к ней. Завалил ее на землю, а сам сверху упал. И тут как рвануло рядом… Последнее, что видел – как ты рядом стоишь, да на меня смотришь.
– Честно говоря, не помню уже, – пожала плечами Смерть, – тогда время такое было – каждый день новые лица сотнями, а то и тысячами… Так чем закончилось-то?
– Чем закончилось? Контузило меня тогда страшно и осколками нашпиговало. Врачи с того света вытащили. Так для меня война и закончилась.
– Ого, – удивилась Смерть, – не знала, что вы-то, оказывается, герой.
– Да ладно тебе, – махнул рукой старик, – любой бы так поступил… Ладно, пойду я домой. И ты иди.

Старик медленно поднялся со скамейки и направился к подъезду. Дверь открылась прямо перед ним и оттуда выскочила девочка.
– Ой, извините, – поняв, что чуть не ударила деда дверью, прошептала она.
– Да ничего страшного… – ответил старик и шагнул в проем, аккуратно переступив порог.
– А давайте я вам помогу? – затараторила девочка, – мне мама сказала, что вам нужно помогать, потому что…
– Я сам, ничего страшного, – попытался перебить ее старик, но было уже поздно.
– … потому что вы на войне ослепли и ничего не видите.

Смерть, уже сделавшая несколько шагов от скамейки, в ту же секунду замерла и остановилась. Медленно обернувшись, она уставилась на старика, который, в свою очередь, застыл у двери. Прищурив глаза, она молча смотрела на человека, который полгода водил ее за нос.

– Григорий Иванович, – тихо произнесла она.
– Да? – старик медленно обернулся.

Смерть недолго помолчала.

– А что с санитаркой стало? Живая?
– Валечка? Дома она. Болеет сильно. Поэтому никак нельзя мне помирать. Не выдержит она этого, не справится сама.
– Поженились, что ли?
– Ну да. После войны расписались. Так и живем с тех пор.

Смерть замолчала и, склонив голову набок, рассматривала старика, размышляя о чем-то своем. Старик стоял у двери и, оперевшись на трость, молча ждал ее решения.

– Я тут подумала… Скучная это игра – гляделки. Давайте еще пару лет поиграем, и если никто не проиграет, то потом в другую начнем? В города, к примеру.
– Пару лет? – произнес старик, – ну что ж, и на том спасибо… Ты на меня обиды не держи. Не за себя мне страшно, а за нее.
– Чего? – притворно громко выкрикнула Смерть, – я что-то в последнее время плохо слышу. Ладно, пойду я. До завтра, Григорий Иванович.

Смерть повернулась и, взмахнув своими темными одеяниями, быстрым шагом направилась прочь…
------------------------------------------------

Автор: Евгений Чеширко

5 самых идиотских поводов для войны в истории

Причины у любой войны всегда серьезные: долгие годы непонимания и территориальные претензии, жажда власти и экономическая нестабильность. Но вот повод может быть самым идиотским, например свинья, зашедшая на картофельное поле, или украденное деревянное ведро, или пес, перебежавший через границу.

Собрали для вас 5 самых ярких и нелепых эпизодов, которые превратили войны в трагикомедию.

Война из-за деревянного ведра

Однозначно первое место по уровню идиотизма среди поводов для войны. Бойня, стоившая тысяч жизней, и все это ради того, чтобы вернуть на родину самое обычное дубовое ведро.

XIV век, два соседних города-государства северной Италии — Болонья и Модена — живут на грани конфликта. Болонья поддерживает партию гвельфов, а Модена — их злейших врагов, гибеллинов. Расстояние между ними небольшое, около 50 километров, в общем, в любой момент может прибежать вражеская армия и начаться бойня. И бойня началась, но повод для нее нашли самый смехотворный.

По одной версии (более дурацкой) некий кавалерист-наемник дезертировал из Болоньи в Модену и попутно прихватил с собой деревянное ведро из колодца. Правительство Болоньи потребовало вернуть ведро, так как это — муниципальная, а значит общая, собственность.

Вот то самое ведро.

По другой версии (чуть менее постыдной) кавалеристов было несколько, и в деревянном ведре у них было не пусто — там были ценности, добытые грабежом простых болонцев. В любом случае, обиженная сторона просила вернуть именно ведро. Потому что про неприкосновенность частной собственности тогда не думали, а вот воровать общественное достояние города — это уже ни в какие ворота.

Началась перепалка. Дипломаты не договорились, и договариваться пришлось пушкам. Во время решающей битвы при Запполино погибло 2000 солдат. Модена выиграла, отстояв-таки это ведро. Оно до сих пор хранится в городе как реликвия. Никаких других приобретений мини-государство не получило. Только чертово ведро.

Война из-за оскверненных пирожных

Стереотипный современный мексиканец любит острые блюда. Стереотипный мексиканец XIX века в добавок еще и ненавидит все сладкое. По крайней мере, во время уличных беспорядков в 1828 году мексиканские офицеры зачем-то разгромили кондитерскую лавку французского подданного.

Пирожные и торты растоптали, в магазине устроили дебош, мебель поломали, посуду разбили, а с шоколадным фондю обошлись так, что постыдно рассказать. Француз требовал компенсации и в своих просьбах дошел до высшей инстанции — родного короля Луи-Филиппа I. Тот проникся бедами простого кондитера и объявил Мексике ультиматум: отдать пострадавшему 60 тысяч песо. Сумма на тот момент была просто непомерной.

А чтобы мексиканцы поняли всю серьезность намерений, король потребовал еще и вернуть все деньги, которые Мексика задолжала Франции. На ультиматум наплевали, и Луи-Филипп I фактически объявил войну: его флот заблокировал порт Веракрус и начал бомбить крепость Сан-Хуан-де-Улуа.

В ответ мексиканцы ввели военное положение и попытались заручиться поддержкой Техаса, который тогда был самостоятельным государством. Поняв, что тягаться с Францией нищей стране не по силам, Мексика приняла требования и выплатила долги. А не надо было топтать пирожные.

Война из-за свиньи

Британско-американский конфликт, который едва не перерос в настоящую войну. И все это из-за свиньи, которая зашла на картофельное поле.

15 июня 1846 Британия и США подписали Орегонский договор, который определял границы государств у берегов Тихого океана. По идее документ должен был прояснить ситуацию и избавить от недомолвок, но лишь запутал все еще хуже. Как оказалось, карты региона были неточны, и оба государства посчитали острова Сан-Хуан собственной территорией. В итоге здесь начали селиться и британские, и американские колонисты. И те и другие, естественно, считали друг друга нелегальными иммигрантами.

15 июня 1859 года, спустя ровно 13 лет, как по заказу, все это вылилось в один из самых глупых конфликтов в истории.

В этот день американский фермер Лиман Катлэр увидел на своей земле здоровенную черную свинью, которая копошилась в его огороде и жрала картоху. Свинья делала это уже не впервые: сначала Лиман прогонял ее пинками, потом палкой, но на этот раз он не выдержал, сходил домой за ружьем и пристрелил хряка.

Оказалось, что скотина принадлежит местному ирландцу по имени Чарльз Гриффин. Проблема в том, что оба фермера были гражданами разных государств. Когда рядовой сельский конфликт дошел до скандала, оба мужчины пошли просить о помощи представителей своих властей. И те отреагировали на инцидент со свиньей неожиданно бурно.

Американцы высадили на острове четыреста солдат. Британцы не отставали и прислали пять кораблей с двумя тысячами вояк на борту. Губернатор британской колонии приказал контр-адмиралу Роберту Бэйнесу начать военные действия, если американцы не покинут территорию. К счастью, офицер ослушался руководства и тем самым спас страну от войны. Солдаты США и Британии дни напролет развлекались тем, что оскорбляли друг друга, но четко соблюдали приказ не открывать огонь первыми.

Британские войска на острове Сан-Хуан.

Когда о войне из-за паршивой свиньи узнали в Лондоне и Вашингтоне, там схватились за головы и пошли на перемирие. Для предотвращения конфликта привлекли нейтральных третейских судей во главе с императором Германии Вильгельмом I, который решил спор из-за хряка в пользу США — острова достались им.

Война из-за псины

Похожая, но более трагичная история случилась на границе Греции и Болгарии в 1925 году. Только началось все не со свиньи, а с бродячего шелудивого пса, который решил сбежать через границу.

Отношения между странами тогда были крайне напряженными: в Первой мировой они сражались по разные стороны, плюс у каждой были территориальные притязания. Кроме того, на территории Болгарии широкое распространение получили партизанские антигреческие группы. Одна из таких групп фактически захватила власть в районе города Петрич на границе. Это было государство в государстве, приграничной территорией распоряжалась «Внутренняя македонская революционная организация». Именно здесь и случился конфликт.

18 октября у одного из греческих пограничников сбежал прикормленный пес. Причем побежал этот дурак не куда-нибудь, а через границу. Солдат отправился искать свою псину и, прямо на пересечении государств, был застрелен патрульными из Петрич. Когда об этом узнал офицер греческой заставы, он отправился разбираться, но тоже был убит на месте. Сообщалось и о других стычках, но обе стороны до сих пор сваливают вину друг на друга.

История вышла некрасивая. Греция потребовала официальных извинений и компенсации для семей погибших. Болгария так и не ответила за предоставленные ей 48 часов, и греческие войска вторглись в окрестности Петрича. Несколько приграничных сел были захвачены, сам город был уже почти взят с боем. К счастью, вмешалась Лига Наций (прообраз ООН тех лет) и войну остановили. Причем теперь Греция обязана была выплатить компенсацию за неудобства и 50 погибших болгар.

Греческая армия

Псину, насколько известно, так и не нашли. Наверняка испугалась канонады и сбежала с концами.

Футбольная война

Однажды мы уже рассказывали об одном из самых нелепых конфликтов в истории — «Футбольной войне» между Сальвадором и Гондурасом. Тогда из-за проигрыша в футбольном матче погибли тысячи людей, а обе страны впали в затяжной кризис.

В 1970 году сборные по футболу из Сальвадора и Гондураса пытались выбиться в финал чемпионата мира и спортивный раж подогревался давней неприязнью двух государств. Вылилось все в постыдную историю: выигрыш Сальвадора на своем поле привел к тому, что местные жители, поверившие в свои силы, сначала начали массово избивать гондурасцев, а затем и вовсе напали на соседей с довольно туманными требованиями.

Непосредственно война началась с пересечения сальвадорскими самолетами воздушного пространства соседа, а закончилось бойней, уничтоженной инфраструктурой обеих стран и вмешательством соседних государств, которые пообещали Сальвадору такую экономическую блокаду, что он никогда не оправится.

Кстати, именно «Футбольная война» стала последним военным конфликтом, в котором активно использовались самолеты времен Второй мировой. Страны были не очень богатыми, поэтому вынужденно скупали старье, на котором попросту боялись летать летчики других стран.

Источник ➝

Странные русские гравюры 16-19 веков.

https://i.ytimg.com/vi/ZXprUL-VDWI/maxresdefault.jpg

Странно выглядят эти гравюры в сравнении с историей, которой нас учили...

.

Картина дня

))}
Loading...
наверх